Каждый день мы встречаем с десяток, а то и больше людей. Говорят, каждая встреча – не случайна. Кто-то забывается, бесследно стирается из памяти, от других остаётся неясный силуэт. Некоторые вызывают у нас положительные эмоции, другие – грусть. Но есть такие люди, встречи с которыми уже не состоятся. Представьте: парк, вечер, два часа милой беседы. Вот только не дано мне знать, что больше моего собеседника не будет никогда. Одна встреча, почти случайная… Но важная для нас обоих. На прощание я получаю небольшой конверт с письмом и даю слово, что не открою его до определённого момента. В понедельник этот момент и настал: «Когда ты будешь читать это письмо, меня уже не будет на свете. Эта банальная фраза из кинофильмов много раз звучала в моей голове, но я не думала, что мне суждено её написать. Не думай, что я совершила самоубийство, хотя подобные мысли всё же приходили в мою голову. Грешна, каюсь. Впрочем, никто из нас не совершенен. Всё гораздо проще – у меня рак мозга. Сделать операцию можно, но стоит она баснословных денег, а гарантий почти никаких. Удалив опухоль, я буду овощем, а так существовать не хочу. Решила ждать того часа «икс», который рано или поздно наступит для каждого из нас. Билась в истерике, пила до потери сознания, было настолько плохо, что ненавидела всех и вся.
Мне 28 лет, я ещё не познала радости материнства, полна сил и энергии. Планы, мечты, мечтания… Всё это рухнуло в один миг. Тяжело понимать, что совсем скоро меня не станет. Я больше не увижу замечательных рассветов, не смогу насладиться тем моментом, когда вечное красное светило уходит за горизонт. Не смогу вдохнуть аромат степей весной, не получится перечитать Ремарка и Достоевского. Всё это вечное, а я нет… Тяжело это понимать и осознавать.
А потом пришло ощущение спокойствия, того, которого не было за все годы моей жизни. Кому-то она покажется никчёмной и неинтересной, а я жила так, как меня учили приёмные родители. Мне не дано было познать ощущений от маминых рук, почувствовать отцовскую заботу. Может, это и к лучшему – для них. Не люблю слёзы, тем более тех, кто мне дорог.
За год до того, как сказали о диагнозе, я спешила. Спешила жить: много читала, общалась, была на мероприятиях. Сотни выставок, акций. Старалась быть везде, подсознательно старалась взять от каждого мгновения всё, что смогу. А потом я убежала, уехала из Актобе насовсем. «Сожгла мосты», поменяла документы, меня ведь на самом деле и зовут совсем не так, как я тебе представилась.
Нет, я не совершала ничего плохого. Просто было время на раздумье. Каждая минутка была для меня дорога, но я потратила их на осознание всей своей жизни. Смерти я уже не боюсь, зачем бояться неизбежности?
Оглянись вокруг: все люди спешат, бегут куда-то, проносятся мимо жизни. Нет времени на остановку, нет времени на то, чтобы понять самого себя. Всё по шаблону: рождение – школа – институт – женитьба/замужество – семья – дети – старость и смерть. Хотя в последнее время замужество чаще заканчивается разводом. Я к тому, что наша жизнь напоминает поезд, который на всех парах мчится в неизвестность, причём без тормозов. Очень редко мы смотрим назад, а если и делаем это, то исключительно через зеркало заднего вида.
Всё дело в том, что мы не готовы посмотреть в лицо реальности. Как не готовы и ответить хотя бы на мизерную долю вопросов, которые задаём себе перед сном. Боимся. Боимся, что окажемся неготовыми к ответам. Лишь перед лицом смерти мы можем позволить себе сделать это. Только времени нет, слишком поздно…
В последние дни мне стало легче, ведь жизнь стала понятней, она гораздо проще, чем кажется на первый взгляд. На моих глазах слёзы, но я счастлива. Сегодня закат в последний раз ляжет мне на плечи»…