Сегодня: 20.08.2017

Буревестник культурной революции

15 марта 2017 года. №11
В 80-ых Актюбинск был очень продвинут в культурном плане для своего времени, а в первые годы независимости он легко вписался в требования нового времени. И в этом есть немалая заслуга одного человека.

P3107574.JPG
Кази ЖАСЕКЕНОВ вырос в семье, где уже три поколения занимались искусством. Его дед заведовал агитвагоном, отец организовал первый оркестр народных инструментов, а сам Кази начинал с игры на гитаре в студенческом ВИА. Свою работу в Актюбинске Кази начал с должности инструктора культмассового сектора при профсоюзе ЖД, а потом был поставлен на место начальника областного управления культуры. После высокого назначения культурная жизнь в городе стала другой.
В первые месяцы работы Кази Жасекенов находился между двух огней. Партийные чинуши требовали идеологии, а местная богема мечтала потешить свои амбиции. Но нужные компромиссы всё–таки были найдены.

Компромисс первый
Грудью творчество защищать
Спектакль «Интердевочка» о нелёгкой судьбе проститутки стал культовым в актюбинском театре. Зрители приходили на него по нескольку раз, и билеты можно было раздобыть только по блату. Мало того, что тема была интересна неизбалованному советскому зрителю, но там были великолепные музыкальные номера, а главное – героиня щеголяла с голой грудью. Спектакль принёс театру полтора миллиона рублей (100 автомобилей «Волга» класса «люкс») при копеечных затратах. Но партийное начальство осталось недовольно. Из–за наплыва зрителей приходилось ставить «Интердевочку», а не «Брестский мир» про Ленина с Дзержинским.
– Меня тогда вызвали в обком и строго спросили, почему «Брестский мир» так мало играют, – вспоминает Кази Жасекенов. – Я ответил, что зрителю он не нравится, даже пошутил, что пробовал Ленина голым выпускать, народ всё равно не идёт.
К счастью, шёл 1989–й год, и последствий смелая шутка не имела. Только партийцы затаили обиду за такое кощунство. Несколько лет спустя Кази встретил чинушу, бурно протестовавшего против «Интередевочки», на скандальном спектакле. Потом выяснилось, что он смотрел его не единожды.
– Понимаешь, я стал театралом в последнее время! – попытался оправдаться партиец.
– Да ладно тебе, будто я не понимаю, что ты сюда ходишь на голый бюст смотреть, – ответил Кази.

Компромисс второй
Сдаётся мне, что ты, мил человек, стукачок!
Как–то на стол начальника управления культуры легла кляуза, что в одном из кабаков исполняется блатная песня. Кази Жасекенов, при всём своём демократизме, не любил воровской романтики в музыке, тем более блатняк был запрещён для исполнения в ресторанах. Совет по случаю инцидента был уже собран, но тут на глаза Кази попалась приведённая цитата в песне. Найти полный текст было нетрудно.
– Это они пели, что ли?– спросил Кази, процитировав стукачу стихи.
– Да–да! Именно это! – ответил жалобщик радостно потирая руки
– «В переулке каждая собака знает мою лёгкую походку»? Это ведь Есенин. Читаю по книге издательства «Политиздат». Вы считаете, там сидят люди глупее вас?
Сексота как ветром сдуло после этих слов.

Компромисс третий
Маэстро
В 1989–м году в Актюбинске давал единственный концерт пианист Святослав РИХТЕР. Желающих его послушать собралось так много, что зал на 800 мест не мог вместить всех. Кази Жасекенов не хотел разочаровывать публику и решил посоветоваться с маэстро. Тот позволил усадить зрителей на приставные стулья и даже на сцену. А когда речь зашла о том, как представить Святослава Рихтера (ведь перечень его титулов и званий занимал полтора листа машинописного текста), маэстро отмахнулся:
– Объявите просто: «На сцене – Святослав Рихтер». Пока вы будете эту лабуду читать, я успею одну вещь сыграть.

Компромисс четвёртый
«Битлз» под отбивные
С ресторанными оркестрами в Актюбинске всегда была проблема. Под скучную идеологическую тягомотину народ отдыхать не хотел, а дай музыкантам волю – так они за червончик любую матершинную частушку споют. Кази решил найти золотую середину, объявив конкурс среди ВИА на лучший репертуар. Жюри состояло в основном из музыкантов. Требования к вокалу и аппаратуре были строгие. Главным призом служило место в ресторане «Центральный», а поощрительным – на автовокзале. За чаевые от посетителей и блатняк места можно было лишиться, несмотря на высокие оценки. В конкурсе ежегодно участвовали до 30 коллективов. Так актюбинцы узнали о группе «Свет» и могли вполне легально слушать хиты «Битлз» в местном исполнении.

Компромисс пятый
Тритатушки или не тритатушки?
Актюбинская богема мечтала замахнуться на что–нибудь этакое. Так, режиссёр Франц ПУХОВИЧ мечтал о грандиозной постановке «Царь Фёдор Иоанныч», где костюмы стоили целое состояние, а вокальные коллективы грезили то о джазе, то о западной, то о русской классике.
– Когда речь заходила о таких наполеоновских планах, я спрашивал: «Как вы думаете, на гастролях в России зрители ждут от казахского ансамбля песенки–тритатушки?». У них самих этого нет? Им хочется услышать что–то непривычное, – считает Кази Жасекенов. – – Зачем простому зрителю из Актюбинска московский царь, который правил 300 лет назад? Они ждут того, с чем сталкиваются каждый день. Нельзя навязывать свой вкус народу, каким бы тонким он ни был. А когда публика этим насытится, и театр заработает денег, можно и про «Иоанныча» поставить.

Компромисс шестой
А теперь – дискотека!
В конце 80–х из–за драки на танцплощадке разгорелся скандал. Вопрос стоял о том, чтобы вообще закрыть дискотеки в Актюбинске, раз они привлекают местный криминал.
Кази удалось отстоять полюбившиеся молодёжи танцульки. Аргументировать пришлось так:
– Да, четверо дрались, но остальные–то – нет! Танцы были под присмотром, милиция вовремя вмешалась. А те четверо не из воздуха появились. Они же пришли откуда–то. И могли затеять драку в другом месте, куда милиция не доберётся. А вообще, люди приходят на танцы знакомиться. Это способствует рождаемости и росту крепких социалистических семей.
Аргументы были признаны весомыми.

Компромисс седьмой
А Ленин такой молодой
Прежде в худсовет входили люди, далёкие от искусства. Присутствие авторитетов из компартии было обязательным. По идейным соображениям доставалось именно идеологическим спектаклям. А критику так вообще приходилось высасывать из пальца.
Запарывая очередное творение, партийцев понесло, и они решили, что Ленин апатичен, Дзержинский – гиперактивен, и оба они не такие, как в жизни.
– Кто из присутствующих здесь видел живого Дзержинского? А живого Ленина? – ненавязчиво спросил Кази Жасекенов.
После этого партийцы стали меньше лезть в игру актёров, но к идеологии цеплялись по–прежнему.

s0H8yO8sC6bc2YxiRAecg4OPAnKZG9.jpg

Компромисс восьмой
Люди гибнут за металл
В СССР на пропаганду через искусство денег не жалели. Главное – выпустить побольше спектаклей о Ленине. И пусть театр ничего от этого не получит. В 90–е, наоборот, задумывались, как побольше заработать на зрелищах. Но когда в Актюбинске создавался казахский театр, и стали масштабно праздновать Наурыз, Кази Жасекенов умудрился не впасть ни в ту ни в другую крайность.
– Когда в перестройку заговорили, что СССР переходит к рыночным отношениям, я обрадовался, – вспоминает Кази. – Но потом оказалось, что мы перешли к отношениям базарным. Концерт или спектакль должен быть посещаемым, а следовательно, окупаемым. Но нельзя идти совсем уж на потребу толпы, выпуская откровенную пошлятину. В этом и была моя задача – найти золотую середину. Чтобы и людям было интересно, и товар выходил качественным.

Как обустроить культуру

Мы решили поинтересоваться у Кази Жасекенова, какие проблемы стоят в городе сейчас, и какие меры, по его мнению, нужно принимать для их решения. Вот какие шаги он предложил.

1. Общественный совет вместо худсовета
– Контроль со стороны властей, безусловно, нужен, но он не должен превращаться в диктатуру. Все вопросы, связанные с местными учреждениями культуры, должен решать общественный совет. Пусть в него войдут представители от каждого коллектива, выбранные голосованием. Никто, включая акимат, не имеет права повлиять на выбор кандидатуры или его решения. В компетенцию общественного совета должен входить не только репертуар или распределение бюджетных средств, но и декоративное оформление города. Скульптуры, панно, цветники, места отдыха.

2. Гастроли
– Гастроли для творческих коллективов просто необходимы. Жители других городов страны, а тем более жители посёлков нашей области тоже имеют право на качественные концерты и спектакли. Количество выездов должно быть утверждено планом. А вот что именно хотят увидеть в селе, пусть решают сами жители. Чтобы не привозили концерты только для галочки. Так отпадёт и проблема с драмтеатром, где теснятся три коллектива. Театр пусть будет только репетиционной точкой. Спектакли на базе актюбинцы посмотрят быстро, и нет нужды их повторять там годами, когда в сёлах нет развлечений. А освободившуюся площадку пусть занимают приезжие коллективы.

3. Здание
– Хорошей концертной площадки, способной вместить всех желающих и похвастать достойным техническим оформлением, хорошей акустикой, в Актобе нет. Нужен зал минимум на 1.500 мест, сейчас же могут поместиться максимум 800. Во Дворце студентов большой зал, да и то он не может похвастать нормальной акустикой. Надеюсь, новый дворец культуры будет этому соответствовать. Дом Дружбы неплох, но очень неудачно расположен. После вечерних концертов оттуда надо возвращаться пешком.

4. Последний этап строительства доверить артистам
– Пока возводят стены Дворца, артистам туда лезть нечего. А вот когда начнут делать сцену! Тут куча нюансов. Какие должны быть доски, как крепить занавес, правильное расположение кресел в зале. Это должны контролировать те, кому на эту сцену выходить. Взять хотя бы аппаратуру. У нас случалось, когда люди, далёкие от искусства, закупали не то. Либо некачественные, зато дешёвые микрофоны, либо звуковую систему для дискотек, вместо концертной. Там своя специфика. Хуже всего обстоят дела с покрытием сцены. Часто покупают дешёвые сосновые доски, а надо корабельные. Потом ещё крепят декорации гвоздями, а не специальными плашками. В результате ни одна площадка в Актобе не годится для полноценного балета.

5. Проверка аниматоров
– Актюбинские ночные клубы часто оказываются в центре скандала. То тут, то там в развлекательной программе появляются пошлые конкурсы, песни с нецензурщиной и прочие шутки ниже пояса. Я уже поднимал этот вопрос, но мне отвечали, что развлекательные заведения – частная собственность, и управление культуры туда не имеет права лезть. Я тогда спрашиваю: а почему имеют право пожарные, налоговая, СЭС? Почему им не говорят – это частная собственность? Разве состав котлеты важнее, чем то, чем пичкают нашу молодёжь? Общественные советы должны иметь контроль и над клубами и ресторанами!

6. Доступные развлечения
– Этого в городе очень не хватает. Знаю, что многие парни не знакомятся с девушками, потому что клубы, рестораны и кино обходятся дорого. Почему бы не вернуть хорошо зарекомендовавшие себя танцплощадки? Чтобы билет туда стоил тенге 200?

7. Снижение гонораров за фонограмму
– Я считаю, что сольные концерты под фонограмму – это нетрудовые доходы. Почему зрители должны платить за магнитофонную запись, когда они приходят послушать живое исполнение? Предлагаю выплачивать исполнителю, уличённому в пении «под фанеру», только 20% от гонорара, ведь остальные 80 он не отработал. Это не касается тех мероприятий, где фонограмма заранее заявлена, например, спектаклей.


Владислав КОЖУХАРЬ,
vlad.k@evrika.kz

 
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 

Народный репортёр





HTMLplayer









Agran
ТОО "СпецПром ЛТД"
Europharma

Голосование

Какую роль вы бы хотели сыграть в кино?



Количество проголосовавших: 14

АРХИВ ГОЛОСОВАНИЙ




Рика - рекламно-информационное коммерческое агентство
 Наш адрес: г. Актобе, ул. Ш.Уалиханова, 35
 Тел.: 8 (7132) 212 249;
 Факс: 8 (7132) 212 660
Яндекс.Метрика